Официальный сайт Усть-Камчатского муниципального района

Вместо детства – война!

11 апреля 2016

С дрожью в голосе вспоминает своё детство жительница Усть-Камчатска Екатерина Павловна Шашура, оказавшаяся в оккупации фашистов в 6 лет. Не баловала женщину жизнь и после страшных событий.

С дрожью в голосе вспоминает своё детство жительница Усть-Камчатска Екатерина Павловна Шашура, оказавшаяся в оккупации фашистов в 6 лет. Не баловала женщину жизнь и после страшных событий.

В 81 год она очень любит мягкие игрушки, которые сама себе покупает, ведь война лишила её и миллионы других советских ребят самого беззаботного времени – детства.

 

Отняли всё

 

Екатерина Павловна Шашура родилась 8 августа 1935 года в деревне Кажушье Брянской области. Помимо Кати, в семье воспитывались ещё шестеро детей. Родители девочки Трушко Павел Семёнович и Ульяна Осиповна трудились в колхозе, содержали собственное небольшое хозяйство. Несмотря на это, семья жила бедно.

- Двое детей умерли ещё до войны. Поэтому, когда всё началось, нас в семье осталось пятеро, - с грустью говорит Екатерина Павловна.

В 1941 году всех деревенских мужчин призвали на войну, в их числе оказался и отец маленькой Кати. Остался в населённом пункте только один представитель сильного пола, который по партийному заданию трудился писарем.

Несмотря на юный возраст, ведь на момент начала войны Кате не исполнилось и семи лет, страшные события этого времени врезались в память малышки на всю оставшуюся жизнь…

- Я помню, как мы с другими деревенскими ребятами, услышав какой-то шум, побежали гулять. Глупые, мы думали, что это гром и вот-вот начнётся дождь... Но оказалось, это фашисты шли захватывать нашу деревню. Знали же, что война, и всё равно убежали, думая, что нас это не затронет. Как мы тогда ошибались! - с содроганием вспоминает Екатерина Павловна.

Как только дети осознали всё происходящее, тут же побежали к зданию деревенской школы. Но она уже была оккупирована фашистами. Попасть домой ребята не могли, для этого требовалось перейти дорогу, которая к этому времени тоже была под контролем вражеских войск. Детям ничего не оставалось, кроме как спрятаться в канаве неподалёку от дороги и надеяться, что появится возможность эту дорогу перейти.

- Сколько мы пролежали в этой яме, даже не знаю. Но перебежать на другую сторону всё же удалось. Домой идти было опасно, поэтому мы заночевали на кладбище. Утром, наконец, оказались возле дома. Правда, дальше двора фашисты нас не пустили, - продолжает рассказ героиня.

Немцы отобрали у деревенских жителей всё – хозяйство, дома. Людям приходилось скитаться от одного полуразрушенного здания к другому. Маленькая Катя вместе с мамой, братьями и сёстрами первое время жили в сарае, но и оттуда их выгнали…

- Немцам надо было где-то держать свои мотоциклы, лошадей, а сараи как раз подходили для этих целей, - рассказывает Екатерина Шашура. – Потом нас всех загнали в здание бани, но и там мы пробыли недолго. После жили в окопе. Сделали себе небольшую печушку, чтобы не замёрзнуть. Так и жили, вернее, даже не жили, а выживали. 

Один из братьев Кати в этот период сильно заболел, и, когда затопили печку, он стал задыхаться. Чтобы ему было легче дышать, вся семья вышла из окопа. Через несколько минут в окопе взорвалась мина. По счастливой случайности все остались живы, но позже в семье нашей героини случилась другая трагедия… Умерла маленькая сестрёнка Кати, которой ещё не исполнилось и одного годика.

- После смерти сестры нас у мамы осталось четверо, но потом один из братьев ушёл в партизаны. Маме пришлось взять осиротевшего ребёнка из соседней деревни, так как немцы, узнав о том, что брат убежал, могли убить всю нашу семью, - поделилась Екатерина Павловна.

 

Страх, смерть и голод

 

Неподалёку от деревни находился лес. Туда деревенских детей немцы часто посылали за ягодами и грибами. В этом лесу находился небольшой отряд партизанов, которые кормили ребят. Правда, это продолжалось недолго. Когда захватчики поняли, что происходит, всем жителям деревни было запрещено приближаться к лесному массиву. Тех, кто, ослушавшись приказа, пытался туда бежать, незамедлительно расстреливали.

- Фашисты не давали нам ни еды, ни воды. Мы выживали как могли. В редких случаях ели картошку, часто перемороженную. В основном едой нам служила трава, из которой мы делали лепёшки, - говорит Екатерина Шашура.

- Неужели немцы не жалели даже детей?

- Что Вы, нет, конечно! Мы для них все были нелюдями. Помню, у фашистов на пригорке стояла полевая кухня, после приёма пищи они заставляли нас мыть им посуду. А если кто-то плохо помыл кухонную утварь, они тут же били по спине плёткой. Мне тоже доставалось. Боль такая, что в глазах темнело. А один раз мы мыли посуду и стали между собой шептаться, мол, хоть бы объедки какие оставили нам. Этот разговор услышал немец, который хорошо разговаривал на русском. Он подошёл к нам и сказал: «Вы дети, у меня тоже есть дети, и мне вас жалко, а стоял бы возле вас кто другой, вы бы уже лежали мёртвые». И предупредил, чтобы таких разговоров больше не было.

- Часто ли приходилось сталкиваться со смертью в эти жуткие годы?

- А куда без этого. Мы у мужика, который остался в нашей деревне, часто в доме прятались на печке, человек по 18-20 детей. Однажды он приехал домой и сел есть. Тут громкие удары в дверь. Зашли немцы и говорят ему: «Ну, сейчас мы тебя накормим». Подставили к его голове пистолет и застрелили у нас и жены на глазах. После этого приказали всем сидеть тихо в доме, а если хоть звук услышат, обещали всех застрелить. Так мы всю ночь и просидели на этой печке. Помню ещё, мы как-то нашли в лесу раненого солдата. Долгое время прятали его, пытались вылечить. Но помочь ему не удалось, он умер. Похоронили его как безызвестного, ведь узнать, кто он, так и не получилось.

В период войны жители Кажушьего были вынуждены забыть и о таких простых вещах, как гигиена. По воспоминаниям Екатерины Павловны, немцы не давали людям мыться. От этого каждый житель страдал педикулёзом.

- Вшей было столько, что не пересчитать. У нас даже развлечение было: выходим из окопа, раздеваемся – и давай считать у кого их больше. Мы всю зиму не мылись. Сполоснуться была возможность только летом в реке, - с грустной улыбкой говорит Екатерина Шашура.  – Хотя, конечно, в то время было не до игр.  Мы сидели и боялись слово лишнее сказать. Я дожила до такого возраста, но до сих пор, если есть возможность, покупаю себе мягкую игрушку или куклу. Мы не видели этого. Война забрала детство. Я иногда даже сплю с игрушкой под подушкой.

- Вы помните день, когда Ваша деревня была освобождена от фашистских захватчиков?

- А как же! Словами невозможно передать, что мы испытали в этот момент. Мы думали, что от радости друг друга в объятиях задушим. Правда, перед тем, как уйти, фашисты покидали отраву в реку и колодцы. Но это уже было не так важно, главное, что мы были свободны!

 

События, оставившие след

 

После войны семья Трушко осталась жить в своём старом доме, который уцелел после трёх лет оккупации. В этот момент никаких известий об отце Кати не было. Позже на него пришла «похоронка».

- В 1947 году нам пришло письмо от папы. Он сообщил, что находится в госпитале в ста километрах от деревни. Мама сразу же поехала за ним. Но, к сожалению, война забрала у него здоровье. Он стал инвалидом и работать уже не мог. Мой папа – настоящий герой Великой Отечественной войны! - с гордостью говорит Екатерина Павловна.

Потихоньку страна и люди оправлялись от войны. Мама Кати, а также она сама вместе с братьями и сёстрами, несмотря на юный возраст, пошли работать. Жилось тяжело. Но зато мирно.

- В школе я не училась. Не до этого было. Маме требовалась помощь. Иногда я вместе с другими детьми забегала в школу на уроки, но в совокупности не окончила и одного класса. Правда, читать и писать я умею, - продолжает Екатерина Шашура.

Шли годы… В 1955 году дружба между Катей и другим деревенским парнем Василием переросла в более серьёзные чувства. Спустя год они поженились. В 1956 году Василий сообщил, что ведётся вербовка на Камчатку. Обсудив этот вопрос, пара решила отправиться на полуостров.

- Мне не удалось пройти медицинскую комиссию, поэтому Василий уехал на Камчатку один. Мы с ним переписывались. Он высылал посылки с крупами, ведь у нас в деревне люди не видели ни гречки, ни риса. Мы делились присланным с другими жителями. Спустя некоторое время он приехал в отпуск. В 1958 году я родила дочь Татьяну, а в 1963 году, оставив ребёнка с родителями, мы отправились на Камчатку вместе, - говорит Екатерина Павловна.

Жила молодая семья первое время в бараке, условия в котором были, мягко говоря, не из лучших. Василий работал в лесной промышленности, а Екатерина устроилась нянечкой в детский сад «Светлячок». Позже пара перебралась в однокомнатную квартиру, где помимо них проживали ещё трое человек.

В 1965 году в семье родился второй ребёнок – дочь Валентина, а спустя два года появился на свет сын Василий. В этом же году им выделили собственный дом, правда, проблем от этого только прибавилось…

- В этом доме долгие годы жили только семьи военных. Поэтому то, что в коттедж заселили гражданских, военнослужащие восприняли в штыки. Столько ругани было из-за этого! Один раз даже пришли несколько человек и пытались меня вместе с детьми выставить из дома. Но я выстояла. Позже в ситуацию вмешались местные власти и проблема разрешилась. В этом доме я живу по настоящее время. И знаете, я не понимаю, почему люди сейчас жалуются на жизнь. Недавно на улице услышала разговор женщины. Как я поняла, она только переехала в Усть-Камчатск и уже устроилась на работу, ей дали квартиру… У нас такого не было. Жизнь легче стала.

В 1975 году жизнь нанесла Екатерине ещё один удар: ушёл из жизни любимый супруг. Женщина осталась одна с тремя детьми на руках, так как к этому времени старшая дочь Татьяна уже проживала в Усть-Камчатске. В это время героиня рубрики перешла работать уборщицей в контору, где ранее трудился покойный супруг.

- Василия уважали на работе, он был отличным специалистом, поэтому его начальство продолжало нам помогать и после смерти мужа. Было очень тяжело. Но у меня была цель – я хотела выучить своих детей, чтобы они были грамотными и образованными, не такими, как я. Я тогда себе сказала: пусть я буду голодать, сидеть только на воде, но детей выучу, - подчеркнула Екатерина Павловна.  

- Удалось это сделать?

- Да. Татьяна и Валентина получили экономическое образование. Сын поступил на механика, но не окончил учебное заведение. Он понимал, что мне тяжело учить сразу двоих детей, поэтому и принял такое решение. Василия уже нет в живых, а дочери живут в Усть-Камчатске. У меня уже четверо внуков и двое правнуков.

- Как повлияла война на Вашу жизнь?

- Кошмары снятся до сих пор. Иногда проснусь, а меня аж трясёт, кажется, что война опять началась, что надо бежать куда-то. Я даже фильмы о войне не могу смотреть. Я боюсь, что вновь придётся пережить эти события. Война сказалась на всей моей жизни. Жаль, что нельзя стереть из памяти эти события.

 

Юлия Молчанова

 

  • На Дальний Восток
  • Оцените эффективность деятельности органов местного самоуправления
  • Госуслуги Камчатского края
  • Законодательное Собрание Камчатского края
  • Правительство Камчатского края